С душевной болью за Россию (Последнее интервью Владимира Максимова)

Максимов Владимир Емельянович

Это интервью опубликовано в трех номерах газеты "Правда" от 25, 28 и 29 марта 1995 года

Владимир Максимов

С душевной болью за Россию

Последнее интервью Владимира Максимова — беседа с В.Большаковым.

(Это интервью опубликовано в трех номерах газеты "Правда" от 25, 28 и 29 марта 1995 года)

— Владимир Емельянович, мало кто в России знает теперь, почему так получилось, что вы, такой русский писатель, вынуждены были покинуть Родину?

— Вы знаете, обо всем этом я написал во второй книге автобиографического романа "Чаша ярости". Написал роман вполне легальный, по договору с "Советским писателем". По заявке. Старый коммунист переосмысливает свою жизнь. Но он так ее переосмыслил, что это издательству не понравилось. Оно повело себя весьма порядочно, никакого шума не поднимало. Но как и многие рукописи того времени — непринятые, отвергнутые, — она попала в "Самиздат". Мне нечего кокетничать. Теперь, после того как это прошло, стало делами давно минувших дней, я могу сказать, что палец о палец не ударил для того, чтобы рукопись попала на Запад. Теперь Боннэр заявляет, что это она передавала, Буковский вроде бы передавал. Не знаю, кто точно, но кто-то из правозащитных кругов ее передал. Здесь на Западе роман получил широкий резонанс и был издан в издательстве "Посев", переведен практически на все западные и даже многие незападные языки.

— Речь идет, как я понимаю, о "Семи днях творениях".