Отмеченные Фортуной. Дилогия

Борискин Александр Алексеевич

Наследственная память, попаданчество. События романа разворачиваются в России и Германии в течение пятидесяти последних лет.

Часть первая. Андрей

Пролог

Андрей Пармин опаздывал в дом культуры имени А. Д. Цюрюпы, что на Обводном канале, на выступление самого маэстро Вольфа Мессинга, приехавшего в Ленинград дать представление по «чтению мыслей» со своими «психологическими опытами», как было написано в рекламных плакатах, расклеенных по всему городу.

«С таким трудом достал билет на представление! И на тебе: трамвай сломался! Теперь на своих двоих. Хоть бы начали чуть позднее, минут на пятнадцать!» — думал он, переходя с быстрого шага на бег.

Андрей учился на последнем курсе исторического факультета Государственного педагогического института им. Герцена, куда поступил после окончания школы в 1962 году. Очень увлекался фантастикой. Особенно ему нравился «Пылающий остров» Казанцева. Сам пописывал фантастические рассказы, правда, пока что «в стол». Поэтому пропустить выступление человека, способного «читать мысли людей и выполнять их желания» он просто не мог!

Андрей вбежал в зал дома культуры с третьим звонком, когда уже начал гаснуть свет.

«Хорошо хоть у меня место с краю! Зал полон. Пробираться в середину ряда — только выслушивать неприятные эпитеты в свой адрес».

Глава первая

Прошло более трех лет после памятной встречи Андрея с Вольфом Мессингом.

Окончив институт и получив диплом, он оказался перед выбором: или ехать по распределению учителем истории в деревенскую школу в Ленинградской области или попытаться хоть как-то устроиться в городе. Андрей выбрал последнее. Рассудив, что только в городе сможет реально заниматься творчеством, а главное, попытаться опубликовать свои произведения. Он с большим трудом устроился корреспондентом в районную газету. Но и там все оказалось не так просто. Как начинающий корреспондент, он стал «затычкой во все дырки», писал по заданию редакции репортажи с различных районных мероприятий, не имел никакой самостоятельности в выборе тем, получал нищенскую зарплату. Из-за этого практически отсутствовала личная жизнь. По характеру он был флегматичным человеком, его интересовало только творчество. Ничего другого в жизни пока ему было не нужно. Научился обходиться тем минимум жизненных благ, что имел. Одно хорошо: сумел получить водительские права и раскатывал по району на «убитом» козлике, выполняя редакционные задания.

Отношения с матерью были сложные: она его родила в шестнадцать лет, спустя несколько месяцев после возвращения из Германии, куда была угнана на работы четырнадцатилетней девочкой из Белоруссии. Поэтому он мог только догадываться, кто был его отцом. Мать об этом никогда не говорила. Да и не любила сына, наверное, из-за причин появления Андрея на свет Божий. После возвращения из Германии она оказалась в Ленинграде, поселившись у своей тетки, так как других родственников у нее не осталось. Да и вместе с теткой прожила недолго: та после жизни в блокадном Ленинграде много болела и вскорости умерла. Хорошо хоть успела устроить ее поваром в заводскую столовую, где работала сама. Так что ей досталось лиха с младенцем на руках, без мужа, образования, специальности и приличной работы.

Комната, в которой они проживали, была очень мала: всего 15м2, а в их коммуналке проживало 10 семей, имеющих комнаты таких же размеров. Матери Андрея к этому времени исполнился 41 год и, поставив сына на ноги, дав ему высшее образование, она хотела наконец-таки устроить свою жизнь. Тем более, что такая возможность была весьма реальна: у нее на заводе, где она работала, появился ухажер. Условия жизни для Андрея, возраст которого приближался к 25 годам, становились совершенно неприемлемыми: если у матери все сладится, то ухажер, превратившись в мужа, переедет жить к ним, поскольку сам живет в заводском общежитии в комнате на четверых. Да и мать несколько раз недвусмысленно намекала сыну, что пора становиться самостоятельным и самому устраивать свою жизнь.

Таким образом, к настоящему моменту он стоял перед выбором: что делать? Андрей понимал, что надо менять свою жизнь кардинально.

Глава вторая

Прошло три месяца с момента устройства Андрея на работу в районное аптекоуправление. Он полностью освоился, работал практически без замечаний, и его перевели в постоянный штат. Зарабатывал он неплохо, и уже в ноябре смог вернуть долг матери, послав ей деньги переводом. В ответ получил сообщение, что она вышла замуж, и ее избранник поселился в их комнате. Ответным письмом Андрей пожелал ей счастья и сообщил, что возвращаться в Ленинград не собирается, что снимает комнату, что у него пока все в порядке.

После первого посещения обнаруженного им места нахождения разрушенных дольменов в Джанхоте, он бывал в его окрестностях еще несколько раз. И только после последнего посещения — уже в ноябре, когда еще позволяла погода, он почувствовал, что с ним стало происходить нечто.

И началось это нечто со странных снов, снившихся ему каждую ночь. Причем снов ярких, красочных, незабываемых! После каждого такого сна Андрей чувствовал, что его сознание начинает расширяться: неожиданно он понял, что может разговаривать, читать и писать на древнегреческом языке. Почему древнегреческом? Потому что, обучаясь на историческом факультете в институте, он был немного знаком с этим языком. Теперь же он чувствовал, что владеет языком значительно лучше. В этом Андрей убедился, специально посетив местный краеведческий музей. Встретившись с директором: пожилым мужчиной, также историком, он представился выпускником исторического факультета ленинградского института.

— Я вынужден временно работать не по специальности, но мне не хотелось бы потерять свои знания древнегреческого языка. Слишком много времени и сил я отдал для его изучения. Нет ли в фондах Вашего музея каких-нибудь текстов на этом языке? Я готов совершенно бесплатно сделать их перевод для музея. Может быть, это поможет расширить его экспозицию.

— Я попробую что-нибудь подыскать подходящее. Только работать Вам придется в стенах музея: экспонаты запрещено выносить отсюда. Приходите в субботу утром. Посмотрите, что я сумею найти.

Глава третья

Группа туристов, в которую определили Андрея, оказалась небольшой и сборной: пять человек из Москвы, четверо — из Ленинграда, по трое из Новгорода, Пскова и Ярославля и по одному из Краснодара и Вологды. В основном, в ее состав входили работники культуры. Поездка была целевой: знакомство с организацией управления вопросами культуры на местном уровне. Руководителем группы был назначен инструктор отдела культуры Бауманского райкома КПСС из Москвы Сурков Сергей Васильевич, секретарем временной парторганизации группы, в которой было 18 членов КПСС, избрали, по рекомендации товарища Суркова, представителя из Пскова. Был еще один молодой парень — комсомолец Борис из Вологды и Андрей — беспартийный.

На предшествующий любой поездке за границу обязательный инструктаж группа туристов собралась в помещении Бауманского РК КПСС накануне отлета. Как обычно, сначала познакомились. Каждый член группы рассказал немного о себе. Некоторый ажиотаж вызвало заявление Андрея, что, являясь кандидатом наук, наряду с преподаванием истории в школе, является писателем — фантастом. Оказалось, некоторые из присутствующих читали его произведения.

Поскольку никто из туристов не владел разговорным немецким языком, только один Андрей — греческим, было объявлено, что по Германии их будет сопровождать специально прикрепленный к группе гид.

Длительность поездки составляла десять дней. Распределялись они следующим образом: Берлин и знакомство с достопримечательностями — в начале поездки и в конце ее по три дня, в середине — посещение Дрездена и Франкфурта-на-Одере вместе с переездами между этими городами на автобусах — по два дня. Туристов предупредили о возможных провокациях и необходимости перемещаться по ГДР только группами не менее трех человек. Заранее они были распределены по два человека для проживания в гостиничных номерах. Андрей оказался в паре с Борисом.

После инструктажа, когда туристы разошлись, Сергей Васильевич пригласил вновь избранного парторга и Бориса к себе в кабинет, где они обсудили состав группы туристов. Борис был сотрудником КГБ, призванным осуществлять за туристами наблюдение в целях недопущения каких-либо эксцессов. В целом, решили, что никаких неприятностей в поездке от этих туристов ожидать не следует. К писателю — самому проблемному туристу, приставлен лично Борис, а другие могут отличиться только на почве неумеренного употребления спиртного. С такими и руководитель с парторгом справятся. Денег каждому туристу выдано очень немного, так что — не разгуляешься.

Глава четвертая

1985 год поразил воображение Андрея множеством необычных событий. Приходом к власти Горбачева, политика, совершенно не похожего на предыдущих старцев. Выступая перед людьми, он говорил своими словами, не читая речь по бумажке, встречался с людьми на улицах, улыбался, пожимал им руки. Впервые с высокой трибуны начали говорить о недостатках, множестве нерешенных проблем в СССР, необходимости перестройки.

Начала падать стоимость нефти — основы экспорта страны. В рост стали вставать проблемы обеспечения населения продовольствием, товарами широкого потребления. Не стало хватать средств для оплаты производства вооружения. Конверсия на военных заводах буксовала. Плановая экономика страны стала давать сбои. Везде и во всем начал возникать дефицит, деньги обесценивались, росла инфляция. Одновременно вместо введения режима экономии в народном хозяйстве продолжали тратиться огромные средства на поддержание военного блока стран Варшавского договора, стран СЭВ. Началась и продолжалась более двух лет совершенно непродуманная антиалкогольная компания, сопровождающаяся вырубкой виноградников, закрытием винзаводов, ограничением продажи винно-водочных изделий, что привело к еще большему дефициту бюджета страны.

Трагедия на Чернобыльской атомной электростанции в 1986 году потребовала привлечения огромных ресурсов для ликвидации ее последствий. Экономика юга России была подорвана, что очень хорошо было видно на примере Причерноморья.

Начались сепаратистские выступления коренных народов в Прибалтике, западной Украине, Молдавии, на Северном Кавказе, азиатских республиках. Если в Краснодарском крае это было не особенно заметно, то Ставрополье — ближайший их сосед, испытало на себе всю «прелесть» сепаратизма.

Семье Андрея, в которой Тамара в своей научной деятельности как раз занималась вопросами оптимизации отраслей народного хозяйства Краснодарского края, становилось ясно, что страна катится в экономическую яму. И в ближайшей перспективе возможны серьезные катаклизмы.

Часть вторая. Игорь

Глава 1

Самолет резво набирал высоту, быстро удаляясь от Барселоны, в окрестностях которой Игорь Максимович Корнев провел две недели, проживая в пятизвездочном отеле где «все включено», купаясь в Средиземном море и отдыхая так, как может себе позволить пятидесятипятилетний мужчина, вполне здоровый, добившийся в жизни кое-каких успехов, позволяющих ежегодно отдыхать на лучших курортах мира.

Август 2013 года для Испании был одним из худших за последние два десятилетия: экономический кризис продолжался уже пятый год, количество безработных росло, население беднело, страну сотрясали выступления недовольных экономической политикой правительства. Испания пыталась выживать, в том числе и за счет расширения туризма. Поэтому в этом году отношение к туристам, оставляющим свои евро на пляжах Коста Брава, было особенно внимательным, хотя цены и были несколько выше, чем в прошлом году.

«Отдохнул я замечательно! — размышлял Игорь Максимович, потягивая красное полусухое испанское вино „Винья Экстриссимо“ 2011 года, разнесенное стюардессами пассажирам лайнера. — Да и встреча в последний день отдыха с соотечественником, Андреем, рассказавшим много интересного из своей жизни в Германии, особенно о поиске клада, была очень познавательна.

Последний год был удачным: получил приличную премию на фирме по итогам прошлого года, отпраздновал юбилей, со мной продлили контракт еще на три года. В банке накоплено около двухсот тысяч евро — на старость, чтобы ни от кого не зависеть. Плохо только одно — одиночество: с супругой развелся после десяти лет совместной жизни, дочь выросла, вышла замуж, уже родила двойняшек. Ее семья вполне успешна, самостоятельна… Через час пересадка в Амстердаме, затем еще час полета — и я в Хельсинки. Около аэропорта на стоянке — „Honda CR-V“, думаю — за две недели аккумулятор не разрядился. Я же отключил его от сети автомобиля. Заведется без проблем. Переночую в Котке, гостиница заказана. Завтра днем — уже в Питере. Дома! Все же насколько выгоднее летать по миру через Хельсинки, несмотря на использование автомобиля, чтобы до него добраться. Общие затраты примерно в два раза меньше, чем если бы я слетал в Барселону из Питера».

Лайнер вошел в плотную облачность над Пиренеями, стало немного потряхивать. Стюардессы попросили пассажиров еще раз пристегнуть ремни безопасности — впереди грозовой фронт.

Глава вторая

Утро следующего дня встретило Игоря ярким солнцем, легким ветерком и 25 градусами в тени. День обещал быть жарким. Доложив с утра директору результаты командировки, раздав своим помощникам задания на время своего отсутствия, порешив возникшие у них проблемы, получив командировочные, Игорь в конце рабочего дня отправился в кабинет директора прощаться. Он прихватил с собой бутылку армянского коньяка, конфеты и пару лимонов, как было принято среди руководства завода при уходе в отпуск.

— Все хвосты подчистил? Нет незаконченных дел в главке и министерстве, по которым меня будут доставать во время твоего отпуска? — встретил появление Игоря директор.

— Думаю, проблем не будет. Все, кому я что-либо должен — в отпусках. Я вернусь на работу в одно с ними время. На заводе начальники подчиненных мне отделов озадачены, фронт работ им определен. В мое отсутствие все будут на рабочих местах.

Ну, что, звать главного инженера, или вдвоем с Вами отметим мой уход в отпуск?

— Я сам сейчас ему позвоню, если не занят — придет. Мы ведь не надолго?

Глава третья

На заводе Игоря встретил ворох нерешенных проблем, накопившихся за время его отсутствия. За неделю он сумел разгрести основные завалы и к концу месяца вздохнул с облегчением: план за сентябрь и третий квартал завод выполнял успешно, корректировать в министерстве его не надо, а значит и поездка в Москву пока откладывается. Можно начать заниматься решением своей жилищной проблемы. Дело это долгое, но начинать когда-то все равно надо.

«Первым делом необходимо выяснить, кто живет в трехкомнатных квартирах в нашем доме. Очень часто бывает, что в них остаются один — два старика: дети выросли, разъехались. Пенсии — небольшие. Жить надо: в магазинах сейчас ничего не купишь, только на рынке, а там цены кусаются. Можно им предложить поменяться квартирами. В одном доме, переезжать в новый район не надо. Все старые связи и знакомства сохраняются. Даже номер телефона можно оставить прежним. Конечно, поменяться с приличной доплатой. Деньги у меня есть. По словам моих знакомых — это самый лучший вариант. Надо обратиться в контору по обмену жилья. Предложить неплохие комиссионные непосредственно исполнителю, чтобы был заинтересован в конечном результате».

Игорь переговорил с агентом, озадачил его и стал ожидать результат. Как ни странно, довольно скоро он получил информацию, что в его доме, на пятнадцатом этаже, имеется трехкомнатная квартира, в которой проживает только одна пожилая женщина, и она согласна поменяться с ним квартирами. Но ставит условие: вместо доплаты достать для ее сына новенькие Жигули. В машинах она не разбирается, но если Игорь согласится на ее условия, то выяснит у сына модель. Сыну скоро исполнится пятьдесят лет, и мать хочет сделать ему такой богатый подарок к юбилею.

Машины у Игоря не было, хотя водительские права имел. Уже три года он стоял в заводской очереди на автомобиль. Конечно, не среди первых — желающих было много. Имелся, конечно, вариант: переговорить с директором, все ему объяснить и попросить помощи. Используя свои связи в ХОЗУ министерства, тот мог добиться внеочередного выделения автомобиля конкретному нужному заводу работнику. Отношения Игоря с директором были хорошие, замечаний от него он не имел, свои обязанности и поставленные ему задачи всегда выполнял, и надеялся на понимание и помощь.

Как-то, решая очередной вопрос с директором, Игорь обратился к нему с этой просьбой.

Глава четвертая

Командировка в Москву получилась очень занятная. Когда Игорь решил все запланированные вопросы в главке и пошел за тем же в ГПЭУ министерства, его перехватила по пути референт министра Ольга Павловна, занимающаяся вопросами подготовки кадров.

— Игорь Максимович! На ловца и зверь бежит. Я звонила в Ленинград, хотела пригласить Вас на встречу с министром: он собирает всех, кто включен в группу специалистов, отправляемых на учебу в Бельгию. А Вы, оказывается, здесь! Завтра в три часа будьте в зале заседаний коллегии министерства. Заодно познакомитесь со своими однокашниками на ближайший месяц.

— Ольга Павловна, а подробней можно? Какая учеба? Когда отъезд? Почему я ничего не знаю?

— Вчера отнесли Владиславу Григорьевичу списки командируемых на учебу в Брюссель, а он пару человек вычеркнул, а вас вписал. Мы сразу Вам по телетайпу сообщение послали, а Вы, выходит, сюда уехали. От вашего главка едут три человека, кроме Вас: начальники планово-экономического и финансового отделов, отела подготовки производства. А всего тридцать человек. Учеба начнется 15-го января в Брюсселе и продлится 30 дней. Посвящена изучению рыночной экономики. Кроме лекций и семинаров запланированы экскурсии на ряд предприятий различного профиля. Подготовкой этого мероприятия занимается наше посольство в Бельгии, сам посол его курирует! Сегодня подойдите в Управление по кадрам и режиму, там скажут, какие документы надо собрать и в каком виде. Для оформления загранпаспорта. Дипломатического! Самый высший уровень командировки. Потому и суточные в повышенном размере. Ну, еще узнаете. Не забудете, что Вам надо сделать?

— Безусловно нет, Ольга Павловна.

Глава пятая

Знакомство Игоря и Кати продолжало развиваться по законам жанра любовных романов девятнадцатого века: сначала редкие встречи и прогулки вдвоем, потом совместное посещение культурных мероприятий, подробные рассказы о жизни, интересах, поиск точек соприкосновения. Затем пришло понимание того, что им не хочется надолго расставаться. Первый поцелуй.

Приближалось лето. У Кати началась последняя сессия за пятый курс института. У Игоря на работе опять накопилось множество дел: за второй квартал завод заваливал план, причем очень серьезно. Причина — поставка некачественных химикатов, по которым отсутствовал входной контроль. В результате — резко снизившийся процент выхода годных и, как следствие, завал плана.

«Опять ехать в Москву, опять „ползать на брюхе“ в главке и ГПЭУ, прося перенести часть плана второго квартала на третий, опять „подарки“, унижение и другие прелести. Как мне все это надоело!

Хорошо хоть добился включения от министерства в квоту на учебу в Академию народного хозяйства. Экзамены в августе. Похоже, в этом году я остался без летнего отпуска. Может быть, на недельку удастся куда-нибудь съездить вместе с Катей. В июле у нее начинается отпуск, затем преддипломная практика и написание диплома. Хорошо хоть диплом она пишет на кафедре — и тема давно известна и руководитель подобран.

Вот сдаст экзамены, и предложу ей выходить за меня замуж. Похоже, совсем потерял голову! Да и она тоже. Уже не маленькая девочка. На днях исполнилось двадцать четыре года. Пора и о будущем думать. Надеюсь, в этот раз моя семейная жизнь сложится удачнее: Катины христианские ценности, религиозное воспитание не позволят пуститься во все тяжкие! О чем я думаю! Вместо того, чтобы обожать и восхищаться, мечтать об обладании такой неординарной девушкой, которая, как мне кажется, меня любит, я рассчитываю на калькуляторе нашу совместную жизнь и даже строю инсинуации в ее адрес!»