Королевская шутиха

Грегори Филиппа

Англия середины XVI века. За престол бьются две сестры — Мария и Елизавета. В это суровое время, когда то тут, то там вспыхивают костры инквизиции, любви, казалось бы, нет места. Но и Мария, и Елизавета — прежде всего женщины. Женщины, которые не могут жить без любви, даже если знают, что она безответна и губительна. Их история тем интереснее, что мы видим ее глазами юной Ханны, королевской шутихи, — отважной девушки, для которой любовь стала не испытанием, как для дочерей короля, а заслуженной наградой.

Лето 1548 года

По саду, залитому солнцем, весело смеясь, бегала девочка-подросток, раскрасневшаяся и возбужденная игрой. Она убегала от своего отчима, но не настолько проворно, чтобы тот не мог ее поймать. Ее мачеха сидела в беседке, увитой бутонами мелких сиреневатых роз, и время от времени поглядывала на четырнадцатилетнюю девочку и мужчину приятной внешности. Шалунья то пряталась от него за толстыми стволами деревьев, то выбегала на мягкий дерн лужаек. Девочку мачеха растила, как свою дочь, а мужчину много лет любила и обожала. Сейчас она была настроена видеть в них обоих только хорошее.

Мужчина сумел поймать девочку, ухватившись за подол ее развевающегося платья.

— Это обман! — сказал он.

От автора

Ханна Грин, ее отец, Дэниел и его семья — все они придуманы мною. Однако в шестнадцатом веке в Лондоне и в других европейских городах жили еврейские семьи, тайно сохранявшие приверженность своей вере. На меня произвела огромное впечатление вдохновенная работа Сесила Рота,

[9]

а также общение с писательницей, режиссером и ведущей теле- и радиопрограмм Наоми Грин. Большинство остальных героев романа — реально существовавшие люди, слова и поступки которых я постаралась вписать в канву исторических событий, пропущенных сквозь призму моего восприятия. Хочу также выразить признательность французскому историку Жоржу Фоке, который щедро, не жалея времени, делился со мной своими знаниями по истории Кале.